​Какой получилась «Одиссея» – самый скандальный фильм Кристофера Нолана

Кристофер Нолан адаптировал великий эпос Гомера в своем приключенческом фэнтези «Одиссея». Обозреватель Soyuz.Ru Давид Абабеков рассказывает, каким получился новый фильм прославленного режиссера, уже до релиза вызвавший шквал критики в Сети.

15 июля стартовал мировой прокат «Одиссеи» Кристофера Нолана – адаптации классического одноименного эпоса (9-8 вв. до н.э.) великого древнегреческого поэта Гомера. Сюжет фэнтези вращается вокруг Одиссея (Мэтт Дэймон) – царя Итаки, сыгравшего важнейшую роль в победе греков в Троянской войне (1194-1184 годы до н.э.). После долгих лет отсутствия он пытается вернуться домой, однако этот путь превращается в длительную череду страшных напастей. Боги, разгневанные хитростью, жестокостью и гордыней греков, а также отдельными поступками Одиссея и его команды, решают отомстить воинам. Параллельно с рассказом о возвращении царя Итаки домой разворачивается история его супруги Пенелопы (Энн Хэтэуэй), которая верно ждет своего мужа из затянувшегося странствия, пока на ее руку и престол претендует множество женихов. Принц Телемах (Том Холланд) тем временем пробует разузнать правду о судьбе отца, а претенденты на трон Итаки решают устранить законного наследника.

Еще до премьеры на «Одиссею» Кристофера Нолана обрушился шквал критики из-за стилистики и воплощения доспехов, упрощенной американской речи вместо литературного английского, а особенно из-за неожиданного выбора на роли отдельных персонажей. Оскароносная Лупита Нионго («12 лет рабства») в роли Елены Прекрасной (Троянской), Зендая в образе богини Афины и некоторые другие кастинговые решения буквально заставили часть аудитории возненавидеть картину британского кинематографиста задолго до релиза. Пускай персонажи вымышленные, однако о них сложилось определенное представление, вытекающее из описаний в древнегреческих мифах и других литературных произведениях, а также исходя из банального географического положения. С устоявшейся «базой» итоговый кастинг на отдельные роли никак не вяжется. Сюжетно или идейно такое решение особо не проясняется – тем очевиднее становится, что дело здесь исключительно в репрезентации или, возможно, желании задействовать конкретных актеров, даже несмотря на довольно очевидный мискаст. Да и если быть до конца последовательным в этой претензии к картине, то аналогичным образом можно раскритиковать и выбор актеров с британской внешностью, которые мало похожи на греков.

«Одиссею» Кристофера Нолана лучше не смотреть, если для вас кажутся недопустимыми упрощение языка и «репрезентативный» подход к выбору актеров, а также «блеклость» и сомнительная аутентичность доспехов и древнегреческих кораблей. Все перечисленное – факты, с которыми ничего не поделаешь. Однако отмечу, что сами актеры с задачами, поставленными перед ними конкретно Ноланом, справляются. Для тех зрителей, кто готов к современной интерпретации и смелым решениям британского кинематографиста, «Одиссея» все-таки может предложить кое-что интересное.

Как и в первоисточнике, «Одиссея» Кристофера Нолана выстраивает нелинейное повествование. Сначала неподготовленный зритель может запутаться – сюжет не только скачет во времени, но и стремительно забрасывает нас именами персонажей без основательного, а иногда и минимального знакомства с каждым. По мере развития истории, к счастью, ориентироваться во временах и героях становится проще. Стартует рассказ с Телемаха, который отправляется на поиски отца, пока заполонившие дворец Одиссея бесчестные женихи устраивают пиршества в его доме, претендуя на руку супруги пропавшего царя Пенелопы. Следом нас погружают в сцену хитрого проникновения греков за стены Трои в гигантском коне с последующей жестокой бойней. Ну и, конечно, большую часть внушительного хронометража в 2 часа 52 минуты занимают приключения Одиссея и его воинов, пытающихся вернуться домой, но столкнувшихся с жутким гневом богов и другими смертельными невзгодами.

Кристофер Нолан, безусловно, многое берет из поэмы Гомера, однако отдельные эпизоды или сюжетные линии истории все-таки опускает. Такое решение легко понять, учитывая, какое «Одиссея» масштабное и насыщенное событиями и персонажами произведение. В случае с его щепетильной экранизацией больше напрашивается формат полноценного сериала, а то и не с одним сезоном. Однако у Нолана мы все-таки имеем дело с авторским прочтением, а не с попыткой воспроизвести каждую строчку классического эпоса на экране точь-в-точь.

Роль божеств в «Одиссее» Кристофера Нолана сведена почти к минимуму. Большинство из них находятся за кадром, напоминая о себе бушующей стихией или новыми испытаниями на пути Одиссея и его солдат. Обитатели Олимпа не вершат судьбу героя в кадре, так что она тяжестью ложится на его собственные плечи. За олимпийцев в фильме отвечает преимущественно исполненная Зендаей Афина, которая ненадолго появляется в кадре несколько раз, выступая, скорее, в роли совести Одиссея, а не его защитницы, как было у Гомера.

Сюжетно «Одиссея» Кристофера Нолана все еще кажется знакомой историей, однако подвергшейся некоторым точечным изменениям и со своими акцентами. В фильме выделяется и будто бы даже усиливается антивоенный посыл произведения Гомера, которое тоже говорило о безжалостности войны, несущей лишь мучения, горе и смерть участникам конфликта и многим их близким. У Нолана эта идея в конце приводит к сильной сцене, демонстрирующей итог не только физически, но и эмоционально тяжкого пути Одиссея. Исполнитель главной роли Мэтт Дэймон уверенно справляется с образом умного, находчивого и отважного царя и военачальника, прошедшего через ужасы жестокой бойни, а затем – через испытания богов; он отчаянно стремится вернуться к любимой жене и переживает из-за совершенных им поступков. Несмотря на неоднозначный выбор актеров на отдельные роли, они отыграли свои перформансы на достойном уровне. Особенной похвалы заслуживают впечатляющие актерские работы Мэтта Дэймона, а также сыгравшего претендента на трон царя Итаки Антиноя Роберта Паттинсона и перевоплотившегося в верного слугу Одиссея Евмея Джона Легуизамо («Боб Тревино поставил лайк»).

Эпос о невероятном долгом возвращении Одиссея в родные края любопытным образом оживает у Кристофера Нолана и его верного оператора Хойте ван Хойтема. Нолан показывает фантастическую историю приземленно и максимально реалистично, часто применяя практические эффекты. Мрачная сцена с циклопом Полифемом, воссозданным с помощью гигантской куклы, была снята в настоящей пещере. Благодаря режиссерским решениям и подходу к постановке выглядит она атмосферно и естественно. Эпизод с участием волшебницы Кирки (Саманта Мортон) впечатляет изобретательностью, а кого-то вполне может и напугать. Обе эти сцены и некоторые другие моменты демонстрируют большой потенциал Нолана в качестве режиссера хорроров – хочется верить, что когда-нибудь он полноценно возьмется за этот жанр.

Сцены сражений и расправ в «Одиссее» не отличаются привычным масштабом эпических картин вроде «Трои» (2004), но выглядят брутально, а иногда тревожно беспощадно, что усиливает эффект кошмара, который несет война. «Одиссея» – это первый фильм, полностью снятый на IMAX-камеры, и, конечно, оценить визуальную составляющую картины можно лишь на большом экране, а в идеале – в зале с соответствующим оборудованием. Это тот самый случай, когда стоит увидеть фильм в кинотеатре, если есть возможность, или на малом экране в очень хорошем качестве, воздержавшись от «шакальной» экранки.

«Одиссея» Кристофера Нолана не тянет на самые высокие места в его внушительной фильмографии. Ей сложно конкурировать с изобретательным и невероятно эффектным фильмом-головоломкой «Начало» (2010) или монументальным «Темным рыцарем» (2008). Однако это визуально самобытное прочтение великого эпоса вновь показывает режиссерское мастерство Нолана, талант оператора Хойте ван Хойтема и актерский класс Мэтта Дэймона. Если кастинг «Одиссеи» и другие перечисленные «нюансы» не стали для вас раздражающими факторами, то картина точно заслуживает просмотра.